ДОБРОГО ВРЕМЕНИ СУТОК!
Добро пожаловать на Изумрудные острова: здесь коварные альвы, шальные русалки и кровожадные оборотни уживаются рядом с людьми в современном мегаполисе, а за порядком следит Инквизиция. Если с написанием анкеты возникли сложности, пожалуйста, обращайтесь к нашим администраторам за помощью.
СВОДКИ ПОГОДЫ
В Окленде сезон дождей, настоящая зима по меркам местных. Ветер дует просто ледяной, а от сырости просто некуда деться.

Днем: +13° +20° Ночью: +10° Вода: +14°+17°
АДМИНИСТРАЦИЯ
МОДЕРАТОРЫ
ИГРОК МЕСЯЦА

ПОСТ МЕСЯЦА

ЦИТАТА МЕСЯЦА
Барк видел единственное решение, которым исправлялись все сверхъестественные проблемы этого города – Инквизиция. Быстро, качественно, бесплатно... ©
ВРЕМЯ В НАСТОЯЩЕМ
С 1 по 30 сентября 2014 года.
НОВОСТИ
Город живет своей жизнью, кто-то умирает, кто-то женится, правда, некоторые смерти и свадьбы все же выбиваются из обычного ритма, привлекают к себе внимание. Не для того ли чтобы отвлечь внимание горожан от куда более важных событий?
АКТУАЛЬНО
Очень нужны люди и альвы
РОЗЫСК
АКЦИИ
#1. Темные небеса.
#2. Догоняя волну.
#3. Алеф.
#4. Такие разные люди-нелюди.
#5. Закон есть закон.
#6. Бремя страстей человеческих.
#7. Когда маска становится лицом.
#8. Ты нужен мне.

НАВИГАЦИЯ
Вопрос-Ответ | Сюжет | Правила | Занятые внешности | Эпизодическая система игры | Жители островов | О городе | О магии | Инквизиция | Оружие | Что нового на форуме?

Изумрудные острова

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Изумрудные острова » Прошлое/будущее » Когда деревья были выше


Когда деревья были выше

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Название: Когда деревья были выше
Время и место: Лет двадцать тому назад, кажется лето (февраль) 1992 года.
Действующие лица: Эрик Свенельдсон и Лиам Бойд
Краткое описание происходящего: Молодость, хотя они и сейчас еще вроде не старые... Ну, тогда назовем тот период юность. Так вот, она и в самом деле золотая пора, когда все еще верят в то, что вот именно они то и смогут изменить мир, что не станут такими же скучными сухарями как Старшие. Вот только жизнь штука странная и выворачивает все невероятным образом, но все это не главное. Мораль в следующем: самые искренние друзья именно из того времени, ведь с ними мечталось.

+1

2

Всю свою жизнь он хотел стать взрослым, хотел стать старше, чтобы избавиться, наконец, от неприятного липкого, чуть насмешливого восхищения. Так восхищаются дрессированными обезъянками, что научились орудовать ложкой или енотами, полощущими в тазу выданные ради такого шоу носки.
«Такой глупенький и так старается».
Почему-то именно так воспринимал Эрик восхищение окружающих его успехами. Хотелось стать взрослым по настоящему: ходить на работу, отвечать самому за свои поступки, он даже семью и детишек в свои планы тогда включал, основательно так, как и положено «дрессированному енотику». И он старательно, словно выполняя домашнее задание, искал в кого влюбиться.
Нашел.
С этим по молодости вообще нет проблем. Только на тебя посмотрели, почесали за ушком самолюбие, и ты уже влюблен. Вот только, как и положено по правилам всех подростковых романов, в персону совершенно не подходящую - никсу. Но он то взрослый и сам все знает, а старики… Да они просто ничего не понимаю в нынешней жизни.
Впрочем, это непонимание не помешало Олафу оттрепать сына и отправить его охладиться к родне на буровую. Чтоб любовь повыветрилась, старший Свенельдсон про «с глаз долой» знал отлично. Русалочка в районе недалекой платформы и не показалась даже, но оправдать женщину не сложно.
Стоит сказать, Эрик оказался покрепче дамы своего сердца, пару месяцев разлуки выдержал и первое, куда кинулся по приезду, был ее дом. И вот незадача, его и узнали то с трудом, а страсти то были просто африканские, взрослые, со всем полагающимся. Домой, под насмешливый взгляд отца и сочувствующий матери не тянуло, как, впрочем, и топиться из-за неудач в любви. Но вот куда-нибудь подальше Эрик бы забрался. Мотануть на мыс Реинга? Странный мазохизм, туда его русалочка на свидания и таскала, но это почему-то казалось самым лучшим.
Светлый, на ощупь попытался определить, сколько в кармане куртки мелочи и хватит ли. Но ведь всегда можно и плетением простеньким кондуктора приложить. Сам он не занимался никогда такими глупостями, не за пару долларов, но слышал.
На билет все равно не хватало, даже в один конец, зато на большую бутылку колы в самый раз. Светлый прихватил ее в какой-то крошечной лавке, рядышком с автостанцией, скрутил крышку, медленно, чтобы не вылить полбутылки на асфальт, и, перед тем как лезть в душный, нагревшийся за день салон, с удовольствием присосался прямо к горлышку. А потом, ухватившись за залапанный поручень, заскочил таки в салон, где уже сидели несколько пассажиров, на лицах которых читалась откровенная задумчивость и сложный просчет наиболее удобного места, так чтобы и к окошку ближе, и не на солнцепеке. Впрочем, по прикидкам самого Свенельдсона, сколько с ряда на ряд не скачи, вечернее солнце, везде достанет, освещая прогретый автобус сбоку.

Отредактировано Эрик Свенельдсон (22.06.2014 10:38:34)

+1

3

После окончания семестровых экзаменов Лиам чувствовал себя свободным как ветер и наслаждался летними днями. Отношения с однокурсниками упорно не складывались, если не считать кружок авиамоделирования, но этих ребят куда-то на природу вытащить казалось абсолютно нереально, а иногда он вообще считал, что на свежем открытом воздухе без густого запаха клея и краски, они задохнутся минуты за полторы. Поэтому никого трогать не стал, отправившись прямиком на северо-запад острова до самого упора, чтобы расширить свой кругозор относительно собственного места обитания и посмотреть на маяк. Туристов в это время там можно было разгребать лопатой, но Лиама подобное положение вещей даже радовало. Себя показывать он в любом случае не собирался, а других бы с удовольствием посмотрел.
Кафешка Старшего сегодня закрылась то ли на учет, то ли для генеральной уборки, так что ни прокат, ни летняя веранда не работали, и весь день оказался полностью в его распоряжении. Такой прорвой времени Лиам давненько не располагал, мотаясь между университетом и работой, в перерывах успевая только поесть, поплавать, а если очень повезет, то еще и поспать. Хотя при этом и чувствовал себя полностью довольным собственной жизнью, уже планируя на будущее обзавестись собственным лодочным парком. А пока все смелые начинания лежали где-то за пределами нескольких лет, требуемых для получения образования, он решил прошвырнуться на природу. Собрать рюкзак было делом одной минуты, ибо закинул он туда только плотный пакет, скотч и различную мелочевку типа ключей и лопатника. Планы на день особым разнообразием не блистали: на автобусе до мыса, а обратно вплавь. Для этого Лиам с собой герметичную упаковку под одежду и тащил, ибо собственный пошив пока не организовал, а бездарно терять шмотки, меняя ноги на хвост, не хотел.
В отличие от вездесущих туристов почти все местные жители отдаленные закоулки собственного острова изучили, как свои пять пальцев, и, наверно, как раз поэтому в автобус набилось аж три с половиной калеки, позволяя ему выбрать себе место на около окна на солнечной стороне. Сняв легкий рюкзак, Лиам блаженно растекся по сидению и вытянул вперед ноги, уложив одну на другую. Ехать предстояло пару часов, что давало возможность чуть-чуть доспать за все проведенные над учебниками ночи. Дорога федерального шоссе номер один радовала своей ровной поверхностью, отчего с закрытыми глазами у Лиама складывалось приятное впечатление о легкой морской качке, убаюкивающей лучше любых колыбельных. Но перед тем как получить свою долю наслаждения от поездки, пришлось вытаскивать себя обратно в сидячее положение для контроля, пока у немногочисленных пассажиров проверяли билеты. Свой он запихнул в задний карман шорт, и теперь доставал оттуда в виде невразумительного скомканного фантика. Расправить до ровного состояния такую бумажку уже возможным не представлялось, но Лиам довольствовался тем, что сходу вспомнил, где она лежит, не рыская судорожно по всем карманам и отделениям рюкзака. В таких случаях проверяющий обычно всем своим видом демонстрировал собственное неудовольствие, словно в багажнике перевозил донорские органы, отчего на счету была каждая секунда. Как раз таким немигающим взглядом кондуктор в данный момент уставился на низенького парня через проход от места, где сидел Лиам. Не завидую тебе, чувак. Еще раз аккуратно расправив свой билет, он внимательнее присмотрелся к противостоянию, искренне желая парню таки найти заветный пропуск на поездку.

ВВ

Клетчатые тканевые шорты до колен (общий цвет - голубой), синяя майка с невразумительным принтом, кеды, рюкзак. Волосы по длине чуть ниже ушей.

Отредактировано Лиам Бойд (06.06.2014 23:01:05)

+2

4

Тетка, потрепанная жизнью, откровенно уставшая от бесконечной, закольцованной в круг дороги, лениво потащилась по салону, едва двери автобуса закрылись с таким звуком, словно там не простенький рычаг, а настоящий пневмоподъемник работает. Альв поморщился, привычно раздражаясь на дурное обслуживание механизмов, наверное, это у них в крови что-то, не позволяющее вот до такого запускать технику и делать ошибок в плетении. Кстати, о плетениях.
Он нахмурился, принимаясь выплетать базу Голоса русалки, что должна была убедить усталую кондукторшу в наличии у него билета. Выходило криво. Правильно, но криво. И слишком долго, потому что плетение сильно отличалось от базового, которое Свенельдсон знал. Логично, кому же придет в голову учить одного из самых перспективных светлых, что вкладывать в Зов, с которым можно на халяву проехать в автобусе или взять из холодильника бутылку водички холодной. Эрик поморщился досадливо, надо было ту тетку из киоска плетением приложить, а не отдавать ей последнюю мелочь. Альв чуть подсветил нити, не до светящихся "червяков", просто танцующие в косом солнечном луче пылинки, но так проще работать.
Забавно, как он оказывается беспринципен, когда в карманах остались пара центов, а тащиться домой желания нет и, скорее всего, не появится еще несколько дней.
Под раздраженным взглядом, бесконечно уставшей билетерши, от возни с такими вот уродами, что не покупают билеты, он и отправил кособокий Зов в тетку, вложив в него побольше силы. Отвел взгляд, выжидая пару секунд, пока замороченное плетение начнет действовать, и кривовато усмехнулся темноволосому парню через проход. Дескать, да, я тут без билета, но ты же меня не выдашь? Этакая подростковая солидарность, по которой не сдают студенты умудрившегося списать однокурсника.
Запоздало пришло понимание, что иллюзия бы вышла куда убедительнее. Все же, не смотря на беспринципность, навыков мелкого мошенничества у представителя семейства Свенельдсонов, было маловато.
- Ваш билетик? – поторопила она Эрика, словно бы тот мог до сих пор не догадаться, зачем она над ним нависла потной скалой. И тут, наконец, плетение сработало, кондукторша кивнула, словно бы получив желаемое и развернулась к следующему пассажиру. Мазанула взглядом по мятому фантику на ладони паренька с другого ряда и снова развернулась к альву.
- Ваш билетик?
Что-то в плетении он заложил не так, его словно бы заело. Алгоритм заставляющий женщину «проверить» у него проездные документы, и обратить свое внимание на следующего пассажира, пошел по кругу. Кажется, отец прав, и рассчитывать силы, он не умеет абсолютно. Альв сбледнул, откровенно опасаясь, что и без того не блещущая психической устойчивостью тетка совсем мозгами двинулась. А значит, не видать ему маяка и выметаться придется на следующей остановке, пока инквизиторы не явились за «сумасшедшей». Интересно, на такие случаи приглашают парней из корпуса? Ему почему-то казалось, что да.
А тетка между тем прицепилась к его соседу, снова и снова требуя билет и у него.
- Дану, - простонал светлый, виновато покусывая губу.

Отредактировано Эрик Свенельдсон (06.06.2014 22:44:56)

+2

5

Собственный билет для Лиама выступал не только щитом от упорных домогательств кондукторши, внимания которой он привлекать не пожелал бы никому, но и своеобразным пропуском на представление, обозначившееся через проход. Подтянув к себе поближе рюкзак и усевшись вполоборота спиной к окну, он выставил свой смятый пропуск перед собой на манер таблички встречающих в аэропорту, и больше с места не двигался. Билета у парня не оказалось, о чем Лиам бы ни в жизнь не подумал, глядя на опрятную, даже дорогую по его мнению одежду, и немаленькую бутылку колы. Видимо, проверяющая должна была прийти к тому же самому выводу, но почему-то решила лишний раз перестраховаться и поприставать, добирая на свою незавидную долю любви, ласки и преданного взгляда глаза в глаза.
Сам Лиам по праву мог считаться нищебродом, но мотался в кафе достаточно, чтобы не смотреть на витрины рыбных отделов в магазине, глотая слюну и проходя мимо. В конце концов, что водилось в местных водоемах и море, он ловил, а что не водилось – покупал. На одежду и всяческие расходные материалы тучу бабла не спускал, а работал много, поэтому с собой сегодня прихватил сумму, на которую можно было купить один рукав куртки, одетой на безбилетном парне, а может даже и все два. Если бы дело начало принимать совсем уж катастрофический оборот, Лиам совсем не против был одолжить незнакомому человеку пару настолько ценных у людей бумажек, и хуже ему от этого вовсе бы не стало. Но стоило потянуться к молнии кармана в рюкзаке, где лежал лопатник, как случилось нечто гораздо более интересное, нежели простые разборки кондуктора и пойманного зайца. Глаза Лиам протирать не стал, да и вообще постарался не моргать, дабы не пропустить тонкие едва-едва заметные нити плетения. Плетения, мать его!   
Удивление сказывалось по большей части из-за отсутствия свободного времени. На кружки типа «Привет, меня зовут Эдди, и я сидхе» - «Поаплодируем Эдди» Лиам ходить не успевал, если они вообще где-то проводились, и общался в основном со своим, так сказать, косяком. Парень по внешнему виду на никса не тянул, что само по себе пробудило любопытство хотя бы и к способу плетения. И стоило признать, соседская подслеповатая старушка со сворой кошек по всему дому спицы в руках держала увереннее и вязала глаже, чем этот парень. В эксперты Лиам не заделывался, но во второй раз за минуту отгородившись от кондукторши билетом, понял это и так.
Вариантов дальнейших действий наклевывалось аж четыре штуки: оставить всё, как есть – не рассматривается; одолжить парню денег на билет – скучно; помочь с зовом и сотворить иллюзией билет вместо этикетки от колы – трудоёмко; просто помочь с зовом – не так круто, но катит. Сделав выбор в пользу одного хорошего плетения вместо двух не очень хороших, ибо время поджимало, потому что остальные пара калек в салоне уже смотрели на сценку самодеятельности во все глаза, Лиам похрустел шеей, размял руки и начал творить свою магию, чуть шевеля указательными пальцами в воздухе, дабы случайно не ошибиться. Несравненно проще было сделать что-то своё новое, чем переделывать что-то неизвестное старое, поэтому выбор пал на плетение, диаметрально противоположное оригиналу. То есть не «иди за мной», а «давай, иди отсюда». Принципиальность Бойда проходила через его поступки очень извилистым путем, и прекрасно видя, что никому не сделает плохо, он выводил нити без зазрения совести.   
- Эй! Вот мой билет! – пришлось встать, чтобы крикнуть кондукторше почти в самое ухо, еще и хлопнув перед ней в ладоши с зажатой бумажкой для верности. Уже накинутый зов надо было снять, ибо от двух штук друг на друге могло произойти что угодно, фантазировать на эту тему он и не брался. Как только суровый взгляд проверяющей метнулся к нему, Лиам послал ей собственное творение и уселся обратно на своё место. Собой он был доволен неимоверно, от точности плетения гордость его просто распирала, отчего улыбка, с которой он проводил взглядом кондукторшу до выхода из автобуса, вышла от уха до уха. – Печёт сегодня, жуть. Солнечные удары – дело такое.
Сказал он эту невразумительную левую отговорку оставшимся пассажирам, до которых проверка так и не дошла. В конце концов, ему не особенно хотелось, чтобы на следующей станции или по возвращению они пожаловались на женщину в депо. Развернувшись обратно, когда автобус уже тронулся, он довольно подмигнул парню, решив, что за помощь можно стрельнуть у него полбутылки колы как минимум.

+4

6

Он теряется, как мальчишка, каким собственно и является. Только случился заусенец в жизни и альв поплыл, теряясь, не понимая, что делать. Это не ринг, не простота и бескомпромиссность боевой магии, в которой и в самом деле может дать фору многим взрослым. Тут, в душном автобусе все гораздо серьезнее и сложнее, чем в классной комнате дома Свенельдсонов, и нерв, оказывается больше, чем когда на ковре в отцовском кабинете оказываешься. А может, все ело в том, что Эрик мысленно уже пытается оправдаться перед родителем, неожиданно понимая, что и в самом деле пока малолетка.
Поездка на платформу этого понять не заставила, а глупая прогулка, которой ничего и никому даже доказывать не собирался, не убегал из дома, не ставил ультиматумов, просто свалил охладиться, настолько, что можно будет показаться на глаза матери и сестре, вот так вот легко, даже не успев начаться, на личном опыте заставила прочувствовать, что и в самом деле, за себя еще не готов ответить, не то, что за подчиненных и тем более семью. Да какую, Дану семью, русалочка его через месяц и признала то с трудом, и это при том, что он как приехал, час перед зеркалом морок накладывал, чтобы прикрыть мороком обгорелый и облезлый нос, других на платформе ни у кого и не было. Малолетка, щенок… Светлый усмехнулся и благодарно кивнул спасителю.
Судя о темному цвету волос, или перевертыш, или никс, для «зимнего» альва парень был слишком высок. В пропахшем пылью и бензином салоне и не разобрать толком, но действие чужого плетения, попросту отогнавшего от них несчастную тетку, выдавали сидхе. Еще был вариант с морфом, самый логичный, кстати, те посильнее рыб и перевертышей буду, но этот вариант Эрик не рассматривал совсем, словно бы чутье подсказывало. Может у Аурелии глаза то не правильные были, потому что в семье кто-то с морфом спутался, и сейчас гены шепчут – чужак, не морф.
Жара вообще не способствует концентрации на чем-нибудь и скоро все пассажиры словно бы забывают о странном поведении  билитерши и немного нервных подростках, что устроили игру в гляделки. Кто-то дремал, кто-то пытался читать, то и дело отвлекаясь на пейзажи за окном, когда мутить начинало. Люди вообще не любят по долгу сосредотачиваться на чужих проблемах. Сидхе тоже. Но только не молодняк, которому просто необходимо отметить избавление от этих самых проблем хотя бы газировкой, вредной, но сладкой, от которой обязательно сыпь пойдет, потому что ее химический став асфальт плавит, не то что желудки близких  природе существ. Эрик аккуратно открывает бутылку, чтобы уже успевшая пусть не нагреться, но стать «не холодной», темная бурда не прыснула, заливая все кругом. Спускает газ немного, доворачивает крышку и протягивает через проход.
- Я Эрик, - и чуть помедлив, - спасибо. Думал все, сейчас приедут безопасники и хана. Отцу все расскажут, - он рассмеялся, отлично понимая, что глупо со стороны слышать, что отца парень боится больше чем инквизиторов до сих пор. Его спаситель вот, наверное, уже взрослый, работает где-нибудь.

Отредактировано Эрик Свенельдсон (22.06.2014 10:21:07)

+2

7

Оценка собственных способностей в плетении с другого ряда пришла незамедлительно в виде кивка головой, что заставило Лиама полностью увериться в собственной гениальности, но пока держать себя в руках, не проявляя повышенной социальной активности. Наладить контакт хотелось достаточно сильно, чтобы на месте не сиделось, в конце концов, уроки двойного плетения выпадали не часто и уж точно не при таких случайных обстоятельствах. Но он держался, очень уж не хотелось навязываться и производить впечатление сидхе из сельской глубинки, только что открывшего для себя не только большой мир, но и своих сородичей в нём. Снова вытянув перед собой ноги под сидение впереди него, Бойд закинул за голову свой полупустой рюкзак, удобнее укладывая под шеей, и уставился в окно на начавшийся калейдоскоп пейзажей. За его спиной еще перешептывались остальные, обсуждая неожиданную завязку всего путешествия, но слишком уж мелким казалось происшествие, поэтому гул голосов плавно потек по другим направлениям. Это было на руку как ему, так и бедной, обделенной билетерше, ибо один маленький бесплатный проезд вовсе не стоил жалобы или взыскания с неё на работе. Небо оставалось таким же безоблачным, как и с утра, причем во всех смыслах этого выражения.
Через пять минут строить из себя простого обывателя надоело, а запланированная на всю дорогу вперед полудрема укатилась в небытие, потесненная занимательным объектом через ряд. И Лиам скосил глаза в сторону, наблюдая за осторожным открытием бутылки с колой. Чем-то этот парень напомнил ему ребят из того самого кружка авиамоделирования – осторожный, но не шибко удачливый. Впечатление с его внешностью никак не согласовывалось, но о логике Лиам предпочитал не думать, больше веря поведению. За первые два десятка лет никсы успевали проскочить мимо детства, начиная познавать реальность не с нулевой отметки, так что Бойд периодически склонен был считать себя особенно умудренным опытом, хотя буквально полгода назад ему стали продавать алкоголь в супермаркетах. Так что сейчас пришлось себя чуть окорачивать в сканировании чужой личности на расстоянии. Всегда проще было спросить, чем надумывать огромные небоскребы предположений.
В этот раз сигналом стартового пистолета выступила протянутая через ряд бутылка с колой, вроде предложения выпить за особо удачно обтяпанное в две пары рук дельце. Газированные напитки Лиам любил до скрежета на зубах. И, наверно, часть всей прелести заключалась как раз в их несомненной вредности. Под лозунгом «иногда можно» влить в себя он мог до двух литров за раз, затем занимая круговую оборону ближе к уборной. Так что предложение показалось не только заслуженным, но и щедрым. Отпив мелкий глоток, чтобы со всего маху не ударило в нос, он не стал возвращать бутылку, а сам пересел на место рядом с парнем, сочтя начало диалога вполне очевидным приглашением для себя.
- А я Лиам, - колу он всё же вернул и на минутку задумался, что сказал бы его Старший на подобную выходку. Теоретически, наверно, можно было сравнить с родительским нагоняем, но отличия были, ибо Старший являлся таковым только в силу возраста, а прибавлялось к этому определению абсолютно любое окончание. Старший брат, старший друг и так далее, и тому подобное. На опасения Эрика он разве что плечами пожал, не видя особой проблемы в рассказе отцу, как и вообще не догоняя удивительную, по сути, вещь – знать своего отца в лицо. – Да вряд ли из-за таких мелочей кто-то бы запарился сильно. Ничего ж плохого не сделали. А ты на маяк едешь или так просто?
Теперь он вытянул ноги уже на новом месте и откинулся на спинку сидения. Начинать знакомство с чего-то более тематического, типа фразы «мы с тобой одной крови, ты и я», чувствуя единство сидхе в обществе людей, показалось каким-то по-детски глупым, а Лиам считал себя всё-таки уже достигшим определенного возраста для таких тайных заговоров. Двадцать один год! Пятая часть века! Он снова глянул на нового знакомого и жизнерадостно улыбнулся.

+1

8

Сам Эрик не был уверен, что всё спустили бы на тормозах. Не в его случае. Их семейство корпус бы по полной раскрутил, по второму пункту, с преогромным азартом и удовольствием. И по большому счету были бы правы. Потому что вот так на глупостях прокалываться Свенельдсонам непростительно. И повезло бы еще, если бы он не запрет на пользование магией вообще схлопотал. Но убеждать Лиама, что мало бы не показалось, он не стал. Даже думать о том, чтобы на долгий срок оказаться  без возможности использовать собственную силу казалась кошмарной. Это же, как не дышать месяц или не пить. А за предумышленное использование, под которое его действия вполне подходили, и вовсе до пяти лет светил. Бррр.
Кто-то говорил, что основной чертой альвов любопытство является? Вот уж точно. Они едва представились, а светлому уже было интересно все, кто его новый знакомый, что сам на маяке забыл и на долго ли он туда. Может вместе можно будет поваляться на берегу, запекая крабов на камнях. Сердечные неурядицы, что недавно серьезно волновали, уже и всерьез не воспринимались, но то, что теперь и необходимости нет тащиться и страдать, как-то даже не вспомнил. Сейчас гораздо больше его волновала персона его нового знакомого, но до того как самому вопросами засыпать, положено на уже заданный ответить.
- До маяка, а потом вправо, там бухта есть, недалеко, километра три-четыре пробежаться. Не дует и крабы вот такие, - Свенельдсон показал, какого именно размера там бегает ужин. Туристы обычно топали в другую сторону к деревьям, что ветер по земле стелиться заставил, и радостно на фоне этого уродства фотографировались. Люди вообще любили всякие кошмары, и такую декорацию к фильмам ужасов, пропустить естественно не могли. – Не особо красиво, но вода теплая – мелко, - Эрик и в самом деле любил мелководье, это как дома в бассейне, прогревшемся за день поплавать, наверное, потому и таскались они с подругой туда. В городе такого удовольствия не найти было или слишком людно, на такие места детвору купаться водить любят.
- А ты туда по делам или просто на закат и обратно? – он покосился на тетку, что совсем недавно к ним приставала со своими дурацкими билетами, прикидывая, а пустит ли она его в автобус обратно, если вдруг снова ее рейс будет. Все же этот недопобег из дома глупость невероятная. Может выйти пока недалеко отехали, пока только по Родни тащились? Но тогда совсем стремно выйдет. – А еще, - Эрик задумчиво обвел взглядом пассажиров, не прислушиваются ли к их негромкому бубнежу. – Ты из этих, - он кивнул за окно, на оборотничий район, - или… - выразительно покачал бутылкой с пепси, что, по его мнению, иллюстрировала водяных. Сам же понял, что ведет себя как идиот, но любопытно, едва ли не до дрожи. С ним вот все понятно например, только посмотришь и поймешь, что светлый. Мелкий блондин с яркими голубыми глазами, с ухом, что даже под мороком отдает острым кончиком. И дурящий голову кондукторше… Ну, да, тут вот не совсем в масть, но это же не бросает тени на весь Двор.

+1

9

В принципе, односложный ответ Лиам вполне мог бы принять как некоторую аналогию слова «отвали», ведь с ним просто заговорили, а он, в свою очередь, уже удобно располагался рядом, планируя весь рейс провести с новым знакомым. Такое уже случалось, так что он бы вряд ли удивился, хотя иногда собственный интерес мешал воспринимать ситуацию адекватно, отметая в разные стороны все доводы разума. И сейчас происходило что-то как раз в этом же духе, потому что Эрик рассказывал о бухте недалеко от маяка, расписывая все её преимущества, а Лиам слышал и воспринимал каждое слово как еще одно персональное приглашение, которое собирался принять, не раздумывая слишком долго. Места без людей всегда привлекали его гораздо больше, чем места с людьми, пусть наблюдать за ними ему нравилось. Но наблюдения, какими бы захватывающими ни были, всё же удерживали в рамках. Чтобы близко рассмотреть человека, поговорить с ним, узнать что-то для себя новое, следовало вести себя так же как он, не выделяясь, не обращая на себя внимания в мелочах, иначе никак. А это через какое-то время реально сковывало. Не сразу, ибо для утоления любопытства требовалось очень и очень много, но рано или поздно неосознанное желание поделиться своими секретами начинало просто распирать. Лиам знал, что этого делать нельзя, а Старший не уставал рассказывать страшные байки про суровую Инквизицию, но и при неукоснительном соблюдении всех правил желания никуда не девались, только блекли на время. А теперь на тебе! И бухта, и крабы. Хотя жаль, что мелко. Но если заплыть подальше! Атас! Если в бухте не дуло, то за её пределами волны должны были разбиваться о скалы вдвойне, а наблюдение за этим буйством с глубины, откуда пробивающийся в верхние слои свет делал воду сюрреалистичным бесконечно меняющимся грозовым небом, Лиама всегда завораживало едва ли не до гипнотического состояния. Тем более на самой границе, где встречаются Тихий океан с Тасмановым морем, это должно было выглядеть просто эпично. Вот, блин, надо было взять мыльницу из сувенирного магазина Старшего. Мог бы снимков наделать для открыток.
Последовавший вопрос чуток охладил пыл Лиама, но до конца его загасить вряд ли уже что-либо могло. Такой интерес со стороны Эрика мог означать, что он лишь раскрыл собственные планы, которые никак с Бойдом не связаны. Над этим следовало бы поразмышлять, но Лиам решил, что пригласить себя может и сам, в конце концов, категорично ему пока еще никто не отказал, чтобы уже начинать киснуть. Он поглядел на предложенные для рассмотрения пантомимы, не совсем догнав их значения, но прекрасно поняв вопрос, так что развернулся чуть в сторону Эрика, хотя полулежа на сидении это было сделать сложно, чтобы не соскользнуть на пол полностью.
- Да я никс. А ты ведь светлый, да? Я так и подумал, - шея затекла, так что пришлось снова прибегнуть к рюкзаку, сделав из него подушку, а сам Лиам пока думал, что сам хотел посмотреть на мысе, помимо маяка. Выходило, что его больше интересовала дорога туда, а в особенности обратно. Ну, и тот факт, что теперь он смог бы сказать, что видел один из символов Новой Зеландии для людей. – Ну… не было особо планов никаких. Так, посмотреть на священное место. Сам мыс, я имею в виду. Он…ээ… типа вход в подземный мир для душ умерших.
Как ни старался Лиам вспомнить что-то более конкретно из туристической брошюрки из сувенирного магазина, ни одно конкретное название на ум не лезло. Вроде бы там было написано еще про какое-то дерево, но и это название упорно ускользало из памяти, ибо верования в эти штуки были ему совершенно чужды. Но несмотря на дырявую местами память, впечатление произвести хотелось.
- Это. Если хочешь, можем вместе сходить. Я про бухту, - вот и пригласил, делов-то. Лиам сложил руки в замок на животе и уставился на Эрика в ожидании ответа.

+1

10

Странно, еще в начале этой поездки хотелось одиночества и потосковать, изображая из себя героя классической трагедии. А теперь, после того, как перепугался из-за случая с кондукторшей и уже представлял себе грандиозный скандал и нервотрепку себе и родителю, сердечные неприятности словно выветрились из головы, и настрой был куда позитивнее. Вот уж действительно, одна неприятность вытесняет другую, пусть они даже такие вот мелкие и детские. На платформе вот пребывание не особо помогло, там только руки заняты, а думать можно было о том, что не поняли его тонкую душевную организацию, о том, что отец никак не желает признать, что он вырос и вообще. Ну, короче, стандартный, подростковый набор, когда кажешься себе взрослым и старательно накручиваешь ситуацию до чего-то трагичного или героического. Не бывает же так, чтобы в книгах и в кино народ страстями жил, а ты от занятия до занятия, от одного выученного урока до другого, и словно вся жизнь мимо. И это при том, что в руки Свенельдсона в основном попадались биографии полководцев, да сухие учебники, но даже там чувствовалась жизнь. Впрочем, в определенном возрасте можно углядеть эту самую жизнь где угодно, даже в пляске теней на стене, если собственная жизнь построена по четкому расписанию, а тени пляшут без него. И побеги из этого расписания кто-то возможно тоже распланировал или по крайней мере в это расписание занес, позволяя иногда выпустить пар. Но сейчас Эрик жил "переменой", не воспринимая того, что скоро снова придется садиться за парту. Он сейчас был и в самом деле подростком, беззаботным и радующимся новому знакомству.
- Ну, со мной не ошибешься, хоть в учебники ставь, - рассмеялся Эрик, кивком головы подтверждая, что да, он светлый и светлее некуда, с парнишкой никсом воспринимать собственное сто процентное попадание в экстерьер, если голоса не считать, осознавать было как-то намного легче, чем среди себе подобных. Возможно потому что водяного не заботило насколько сестричка у Эрика бракованная, он вообще не оценивал, просто опознал одного из Благого двора. – А в каком смысле священное? – домашнее образование штука конечно хорошая, но пробелы вот в таких вот мелочах, что сидхе должны к его возрасту нахвататься на улице и в школе просто походя из обрывков чужих разговоров и на экскурсиях, что почему то полагают невероятно познавательными, а на самом деле радуется детвора им только из-за возможности не сидеть в классе. - Ого, - он усмехнулся. - Портал такой, что Врата отдыхают? Человечки крутые. Даже не знал, что у ни там священное место, - это почему-то казалось невероятно забавным. Люди так охотно верили во всякий бред, боясь осознать, что смерть это навсегда, что там ничего нет. – А ты откуда про это знаешь? – та никса, что таскала его на мыс, вообще мало чем интересовалась кроме укромного уголочка, где можно было покувыркаться, а если это будет не уголочек, а заводь, то еще круче. Хотя может это ему такая легкомысленная рыбеха попалась? Она с его новым знакомым вообще словно бы к разным видам относились.
- Было бы здорово, - Свенельдсон улыбнулся совсем по-мальчишески. Перспектива заиметь компанию невероятно просто радовала и побег из дома из чего-то депрессивного постепенно превращался в веселое приключение, причем впервые по настоящему самостоятельное. Они замолчали, рассматривая друг друга с той бесцеремонностью, с которой детишки в песочнице разглядывают своих новых друзей. Эрик еще и улыбался так же, не думая о том, что надо выглядеть взрослее. – Одному скучно, - он никогда не притаскивал домой ни котят, ни  подранненных голубей, ни друзей на обед. Просто некого было, а вот теперь мелькнула мысль, что было бы неплохо, затащить Лиама на мамин пирог. Пришлось даже одергивать себя, что еще только познакомился, а уже в планах в лучшие друзья записаться, как девчонка, честное слово, это они только, стоит подмигнуть уже представляют на кого дети будут похожи. Ненадолго повисло смущенное молчание, когда вроде бы и вопросов задать охота целую тысячу, но помнишь, что навязчивых собеседников никто не любит. – А ты один живешь или со Старашим? – все же выпалил Эрик, досадуя сам на себя, ведь мог бы вопрос задать и поумнее.

+1

11

С тем, что одному скучно, Лиам согласиться никак не мог, потому как при всей своей общительности и открытости, интересные занятия находил и пребывая исключительно в компании себя самого, начиная с глобальных раскопок в недрах лодочных моторов и заканчивая стопками книг в университетской библиотеке. Такие спонтанные прогулки хрен знает куда тоже включались в список, однако в данный момент Бойд довольно кивал, полностью соглашаясь, что в одиночестве скучно. Может, из-за разницы в восприятии ему и пауза неловкой не показалась, потому что за короткий промежуток времени предстояло передумать массу важных вещей, например, возможность уломать нового знакомого на гонки на обратном пути: Эрик на автобусе, а он сам вплавь. Кто последний до назначенной точки где-нибудь в городе, тот лузер. Надо тогда поближе к побережью подобрать или хоть на полпути от остановки. От тихого потирания рук его отвлек предполагаемый будущий соперник, хотя таковым считать стоило всё-таки водителя. Последовательными мыслями Лиам отличался, только когда серьезность момента от него этого требовала, чего никак нельзя было сказать о легком разговоре по пути к маяку, поэтому он начал отвечать на всё и сразу, стараясь ничего не пропустить. Теперь вряд ли стоило волноваться, что ему прилетит в нос, дабы не умничал.
- Ага, со Старшим. В общежитие место давали, но никсам там, знаешь, сложно. А так у самого берега почти. У моего Старшего кафешка и прокат лодок, а еще маленький отдел на входе, типа сувенирного. Вот я там иногда на кассе стою, когда мало работы, буклеты читаю. Оттуда и узнал, - болтать просто так было приятно, тем более Лиам не мог считать себя хоть сколько-нибудь похожим на девушек, язык которых был словно подвешен на шарнирах, давая им возможность трепаться столько, что впору создавать двигатель на основе их болтовни. Просто разговаривать о том, что ему интересно кроме студенческих курсов, было особо и не с кем. Создать что ли реально кружок анонимных сидхе или телефон доверия? Он улыбнулся, убрал из-под головы рюкзак и сел на сидении ровно, повернувшись к Эрику, уже не глядя на то, готов ли он выдержать все словесные излияния, которые вот-вот обрушатся на его светлую голову. – «Реинга» сам по себе означает «Подземный мир». Это у маори. Люди считают, что они тут с восьмисотого года примерно тусят. Но мы-то с тобой знаем…
Доверительно кивнув Эрику, Лиам чуть понизил тон, создавая между двумя сидхе зону, свободную от слуха посторонних людей в салоне автобуса. Конечно, они точно знали, что если тут кто-то и тусил до Исхода, то после него резко тусовку свернул. Либо самостоятельно, либо в процессе охоты полчищ новоприбывших жильцов. Особенно интересно ему об этом размышлять не было, но иногда в голову самостоятельно забредали довольно занимательные мысли, можно сказать, философского направления, вроде конца света, судьбы маори, или возможности накачать мышцы силой мысли. В отличие от последнего, о коренных жителях Новой Зеландии хоть какие-то более-менее адекватные идеи были, а теперь еще появился и тот, с кем ими можно поделиться.
- Думаю, если тут кто-то до нас и жил, то их остатки быстро ретировались на мелкие острова, благо их в Полинезии больше тысячи. Ну, а потом с Инквизиторами обратно вернулись, типа никуда и не уезжали. Слу-у-шай! Мне только в голову идея пришла, как ты про Врата сказал, - Лиам почти навис над Эриком, который всё-таки проигрывал в росте, и теперь уже полностью развернулся к нему лицом. – Может, это одно и то же место. Ты только прикинь! Сотни, даже тысячи сидхе выходят из Врат всем скопом. Местные и решили, что из подземного мира.
Диссертацию на эту тему ни к каком здешнем вузе никто бы не принял, хотя Инквизиция уже на подходе перехватила бы, но мысль Лиаму понравилась безмерно. Про Исход каждый знает, в конце концов, история их вида особенно датами не пестрит. И даже при всей надуманности такой идеи, доказывать или опровергать её никто не собирался, скорее всего никсы повыше рангом или другие сидхе знали, где именно открывались Врата. Больше Лиам предложил вариант именно для развлечения, раз уж все названия позабывал, об которые можно было язык сломать.

+4

12

Отец умел быть последовательным во всем, тем более в обучении наследника, все что казалось бессистемным кому-то, для самих Свенельдсонов, и для самого Эрика, кстати, тоже, выстраивалось в невероятно логичную цепочку целесообразности получения тех или иных знаний, их важности. Так, например, сначала, ему, как будущему руководителю службы безопасности, стоило изучить опыт предков, потом современные технологии, а вся остальная туристическая шелуха, если повезет, нарастет сама из таких вот случайных разговоров, объяснений попутчиков и женского трепа за столом. Сознание альва достаточно цепкое и любознательное, чтобы не упустить ни одной мелочи, а поскольку он все еще учился, тем более не в классе, переспрашивать Эрик совершенно не стеснялся, как и признаваться в том, что чего-то он еще не проходил.
- Они не ретировались, - вот это он точно знал, местных, пришедшие на изобильные острова хищники восприняли, как еще один дар Дану, не оставившей своих детей милостью и снабдившей их даже в этой дали желанной жратвой, что ни шла ни в какое сравнение с мясом тех же киви, жирных и неповоротливых, в невероятном просто изобилии обитавших на островах. – Ваши тогда были поагрессивней, шансов уйти от волков или Дикой охоты свартальвов было куда больше, чем от Детей Тангароа, - Эрик все же не совсем дикий был, большинство маорийских слов давно и прочно вошли в язык всех без исключения островитян. И на то чтобы с одним из главных божеств местных аборигенов хотя бы по имени познакомиться, время выкроили даже в напряженном расписании юного Свенельдсона. – А по поводу места высадки надо у мэтра Сэнтре спросить, -сунуться к Старейшине с таким вопросом ему и в самом деле казалось куда проще, чем у отца спросить, Раймон не отправит к книгам и пара вопросов не выльются в нудный курс истории колонизации островов оформленный как человеческое евангелие, глазами разных летописцев с вариантами интерпретации одного и того же случая глазами разных видов, Эрик уже сталкивался. – Там формула динамическая, они не из одного места вышагивали, а как с карусели спрыгивали, куда кто попал. Не по одному, но небольшими группами, - Эрик бы долго мог сейчас объяснять принцип этой самой карусели, но стушевался, вспомнив, что ни бывшую подружку, ни сестренку подобные изыскания ничуть не увлекали и судя по намекам никсы, эта почти математическая лабуда только его и могла вставить. Впрочем подробности и Лиама, наверняка задевали мало, да и не сумеет ведь толком объяснить, чем формула Врат похожа на эту самую кfрусель.
- Хотя передовые отряды можно было и за злобных духов принять. Думаю, цель у них стояла четко – зачистка территории, - блондинчика, кажется, не особо смущало, что крылось за словом «зачистка», и при этом, охотнее верилось, что этот мелкий почти подросток скорее киношек насмотрелся про войну, чем сам понимал, что стоит за такой операцией. На самом деле альв уже мысленно примерял ситуацию и распределял силу.

+1

13

Шуточный тезис, выдвинутый Лиамом в качестве легкой разминки для воображения, пока остальные немногочисленные обитатели салона автобуса постепенно сворачивали собственные разговоры или просто уменьшали громкость, постепенно перерастал в некоторое подобие выступления клубе дебатов в его родном университете. Но разница все-таки ощущалась огромной, хотя бы просто потому, что редко, но все же случалось, что словесные хлесткие схватки превращались в самые натуральные с рукоприкладством. Это когда доводы уже совсем заканчивались. А что касалось Лиама, то он только рот разинул на новые обстоятельства Исхода, которые прямо-таки из воздуха разворачивались на его глазах. Да, никсы никогда особой сплоченностью не радовали, пока не переселились сюда, так что могли устроить кровавую баню, совершенно не следя за численностью населения маори. Бойда это особенно не смущало и не вызывало немую оторопь, ибо было частью его собственной истории. И в нем самом наверняка жил охотник, спрятанный глубоко-глубоко внутри, достать которого на поверхность можно было одним единственным съеденным куском не рыбы, а мяса. И всё, века эволюции никсу под хвост! Экспериментировать со своим альтер-эго Лиам по жизни не торопился, потому что его и так всё устраивало. Это у альвов и замки были, и быт налаженный, а никсы так и шарились по водоёмам, иногда вылезая на сушу, голой задницей посверкать, так что в плане материальных благ у Бойда к людям ни единой претензии не было, и отказываться от этого в пользу естественной природы он не торопился. Тем более Инквизиция не дремала никогда.
Кто такой мэтр Сэнтре, Лиам не знал, но слова Эрика про карусель и хаотичные выбросы сидхе его очень впечатлили, хотя рот он старался не разевать. В голове мгновенно заиграла песня десятилетней давности «It’s Raining Men», вроде как иллюстрируя внезапное появление как с неба новых жителей на острове, и Лиам тихонько под нос начал мычать её запоминающийся приставучий мотивчик. Теперь считать себя задротом не имело ровным счетом никакого смысла, ибо подобрался кандидат получше, которого судьба послала прямо-таки в широко распахнутые объятия Бойда.
- А я всё же думаю, что часть укатила на острова Чатем, - расставаться без борьбы со своей пусть и от нечего делать выдуманной теорией Лиам не хотел, поэтому в разговор включился с глазами, горящими энтузиазмом. С маорийскими названиями у него отношения складывались очень плохо, любовь определенно получалась невзаимной, но не свою, так чужую историю кусками он все-таки в университете похватал. Да и мысль про передовые отряды ему казалась несколько надуманной, потому что зачищать территории от потенциальной еды выглядело как-то глупо. Зато вот разведчики точно были, которым одним из первых снизошло на голову понимание: «К черту Европу, мы попали в рай!». – Не зря же мориори того… начались и кончились. А, может, это уплывшие и есть. Решили оружия в руки не брать, чтобы лишний раз богов не гневить. За пару веков скисли совсем. Знаю, с натяжечкой выходит, но есть, над чем подумать.
«It’s Raining Men» в голове заиграла с новой силой, так что кроме мычания Лиам начал еще и подпевать, размышляя, что мориори не повезло с прибытием европейских кораблей так же, как и сидхе. Вот не появись паруса на горизонте, жили бы себе спокойно и те, и те.

+1


Вы здесь » Изумрудные острова » Прошлое/будущее » Когда деревья были выше