Изумрудные острова

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Изумрудные острова » Прошлое/будущее » Труд облагораживает человека.


Труд облагораживает человека.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Название: Труд облагораживает человека.
Время и место: 9 августа, первая половина дня, ТЦ "Фокс Хаус".
Действующие лица: Даниэль Эскоффье, Шелли Блекфайер.
Краткое описание происходящего: Тем, кто считает, что работа в первую очередь должна приносить удовольствие, Даниэль готов предложить побывать на его месте. Когда ты не можешь делать то, что хочется, ты идёшь и делаешь то, за что тебе просто будут платить деньги. Например, устраиваешься продавцом в торговый центр.
Правда, иногда простое собеседование может с самого начала пойти не совсем так, как хотелось бы.

+1

2

Собственно, деньги у Даниэля всегда заканчивались быстро. Он никогда не умел серьёзно экономить – всё, что он мог, это отложить какую-то сумму из своего гонорара за очередную подделку, а оставшуюся часть легко и спокойно потратить, не мучаясь никакими угрызениями совести. Не то чтобы он был транжирой – он никогда не скупал в истеричном порыве дорогие украшения, часы или коллекции брендовых магазинов. Просто после детства, проведённого в маленькой деревне, где из развлечений его родители позволяли ему лишь воскресный поход в церковь, он приучил себя не относиться к деньгам с таким трепетом, с каким к ним относился его отец. Переехав в Париж и начав зарабатывать самостоятельно, Даниэль решил жить моментом, покупать то, что казалось ему красивым, и делать то, чего хотелось в конкретно данную минуту, каких бы средств это от него не требовало. К счастью, этих самых средств в годы сотрудничества с месье Бертраном у него было предостаточно – его картины были практически неотличимы от оригиналов и уходили с молотка за крупные суммы, к тому же, Бертран умудрялся продавать их богатым, но недалёким господам с бесстрашием человека, распродающего старую бабушкину мебель на лужайке перед отписанным ему по завещанию домом.
Но сейчас денег у Даниэля было очень, если не сказать катастрофически, мало. Потратив два месяца на практически беспрерывные, но абсолютно бесплодные попытки начать рисовать, он также потратил все свои финансовые запасы на кофе, сигареты и совсем не маленькую аренду квартиры. Ещё немного, и жить ему пришлось бы на улице, прося милостыни у не слишком сердобольных прохожих. Всё, что Даниэль умел – это копировать чужие полотна, сам же он не мог нарисовать и простейшего натюрморта, занятый мыслями, что любой ребёнок из первого класса художественной школы нарисует лучше. И вот, в один прекрасный день, стоя посреди комнаты в ворохе измазанных краской ватманов и скомканных альбомных листов, докуривая очередную сигарету, Даниэлю пришлось признать, что в ближайшее время зарабатывать на жизнь рисованием ему не удастся. А что ещё он умеет? Абсолютно ничего.
Стоя на эскалаторе в торговом комплексе в центральном районе города, Даниэль думал, что хуже уже всё равно не будет. И если его возьмут хотя бы каким-нибудь продавцом, то ему стоит искренне этому обрадоваться. Потому что сейчас выбирать не приходится. Он должен быть счастлив, что ему вообще удалось договориться о встрече с хозяйкой «Фокс Хауса». Вот только, насколько Даниэль понял из их разговора, он должен был найти её офис где-то наверху – однако он не имел ни малейшего понятия, куда идти, и уже во второй раз обходил торговый центр по кругу. Спрашивать у местных продавцов он не хотел – ему и так предстояло какое-то непонятное собеседование, и лишнего общения хотелось избежать.
Даниэль окинул взглядом эскалатор и принялся подниматься по нему вверх, устав от томительного ожидания.

Отредактировано Даниэль Эскоффье (09.08.2014 21:53:58)

+1

3

Она, кажется, уже успела достать всех, потому что и сам Бес, и Оберто, и еще целая стая лисов, что так и не смогла отвадить от своего дома, настраивали ее на то, что работа праздник. Да она и спорить то не собиралась, просто перебирала варианты, чем бы хотелось заняться с фантастической дотошностью.  Дело не в природной вредности, хотя этого дела у Блекфайер хоть отбавляй было, а в том, что вариант ее и в самом деле должен был устроить, так чтоб и удобно, и не в напряг, и Честеру комфортненько. Последний фактор и был самым важным. А деньги вопрос десятый, Шел зарабатывать умела и любила, лиса как, никак, но сейчас волновали не они, с добычей пропитания и Немед справлялся отлично, вот только у нее характер портился, и тупеть начинала. Опускаясь на уровень домохозяйки неудачницы, и ей это не нравилось.
Ну, да, в свое время мечтала о доме с белым заборчиком, даже перекрасить заставила, чтоб прям как хотела когда-то давно, словно бы в прошлой уже жизни. Но не вставило ее сидеть дома и котлеты жарить. Да и кому жарить то? Немед предпочитал мясо еще теплое и сырое. Чтоб смачный такой кусок с прожилочками, который специями то портить грех, не говоря уже о жарке. Да и сама Шел, тоже так любила. А обормотам его жрать готовить она не нанималась. А еще, если честно, дерьмово у нее это дело получалось. Убираться тоже не вставило. Лиса с детства ненавидела это дело, а рядом с братом привычки из детства вылезли во всей красе. Он на нее всегда влиял сильно. Теперь она и сама не понимала, хорошо влиял или плохо, да и какая разница - выбирать то не из чего. По идее вообще надо быть признательной, что взяли, сучку такую. Ну, да у Беса тоже выбора не было, щенков своих кобель любил, и ее вроде тоже, по своему, правда, как и она брата. А на днях «подарил» таки «ФоксХаус», с которым динамил черте сколько, и теперь Шел вроде и сама уже этому рада была, выцарапать торговый центр из под влияния волков, если бы сразу слил, было бы проблематично. Как свою долю у Кшиха выгрызала, она отлично помнила, странно даже, что так легко отдал.
К чему все это? А к тому, что сегодня у них с Честером был первый рабочий день. Пробный такой. Появиться красивыми в торговом центре, обозначить перед менеджерами, что нифига Альфа не пошутил, и они теперь не сами рулят, а под присмотром. Оберто предлагал компанию составить, за что и был оттрепан. Зарвавшийся менеджмент оборотница и сама на место ставить умела, это не к волкам соваться. Тут ей поддержка моральная и няньки не нужны. Они с Че и сами усатые.
Лиса, подхватив под мышку здоровенную переноску с сыном, выбралась из машины беты, что подвезти все же вызвался, и, не оглядываясь, почесала к стеклянным дверям, что гостеприимно распахнулись перед мелкой сучкой. Шел с каким-то восторгом втянула носом приправленный апельсиновым запахом воздух холла и бодро потопала в сторону уползающих вверх лестниц-чудесниц. В свое время тут царствовала Хлоя, и кабинетик ее Шелли нравился, не дурно будет обосноваться в нем, только кроватку для щенка поставит, места там хватит, и заживут не хуже чем в «Мостах» бы им было.
Не привычная к плоской обуви, на которую после родов пришлось перебраться,  Блекфайер шагнула на эскалатор, нечаянно пихнув переноской стоящего на пару ступенек выше парня.
- Прошу, прощения, - здоровенная корзина с ребенком казалось больше самой брюнетки. - Лифтов тут явно не хватает, - прикинула вслух Шел, что таскаться с Честером по узким лестницам не вариант, и уже мысленно представила, как выкрутит лапки  бухгалтеру местному, давно она на него заглядывалась, хитер лис, шикарен, а теперь вот  личное почти пользование заполучила. Молчаливый обычно щенок вякнул, когда тряхнуло, и заголосил, жалуясь, на то, что разбудить Высочество посмели.

+1

4

Неожиданный толчок сзади и непонятно откуда взявшиеся истошные детские крики повергли Даниэля в недоумение. Обернувшись, он увидел за собой молодую женщину, державшую в руках огромную корзину с маленьким ребёнком в ней, который явно был недоволен тем, что его средство передвижения наткнулось на какое-то препятствие.
- Ничего страшного, всё в порядке, - пробубнил Даниэль и двинулся вверх по ступенькам, стремясь избежать общества кричащего ребёнка. Не то чтобы он не любил детей, просто не очень понимал, как с ними обращаться. Да и настроение сейчас было не самое радужное, а детский плач лишь дополнял общую картину безысходности в глазах Даниэля. Он вообще уже проклял этот торговый центр несколько сотен раз, потому что найти этот чёртов кабинет с каждой секундой представлялось всё менее возможным.
Поднявшись на десяток ступенек вверх, Даниэль остановился и тяжело выдохнул. Видела бы его сейчас мама – отчитала бы как маленького. Переноска с ребёнком выглядела чуть ли не в два раза крупнее самой женщины и явно была совсем не лёгкой. Он должен был предложить ей помощь. Уважение к женщинам в Даниэле воспитывали с раннего детства, и хотя сейчас он бы не отказался, чтобы его самого несли на руках – сил на повторный обход огромного торгового центра на своих двоих уже не было, – но просто уйти совесть тоже не позволяла.
С мрачным намерением выполнить свой джентльменский долг, Даниэль устремился вниз по идущему вверх эскалатору.
- Мадам, ваша корзина кажется мне очень большой. Если вам тяжело, я мог бы донести её, куда нужно.
Не то чтобы Даниэль внешне походил на мужественного рыцаря, обладающего невероятной силой и умеющего с лёгкостью таскать переноски, но уж донести ребёнка, по его мнению, ему вполне можно было доверить. Хотя Даниэля всегда принимали за подростка, и не то чтобы его это расстраивало – его вполне устраивала собственная внешность. Он выглядел так, как хотел, одевался так, как хотел. Мама, увидев его красные волосы в их единственную встречу в Париже, лишь грустно выдохнула и чуть тронула их рукой, пытаясь заправить его чёлку за ухо. Он не любил вспоминать эту встречу, и в то же время она была одним из самых ценных его воспоминаний. Кларис ещё тогда так невинно поинтересовалась, есть ли у него «кто-нибудь здесь». Под этим «кто-нибудь» она явно подразумевала парня, бойфренда, просто ей не хватало духу называть всё своими именами. Но глубоко в душе Даниэль ценил даже то, что ей хватило смелости для этой тайной поездки в Париж, в страшном секрете от отца. Он никогда не сказал бы ей об этом, но он ценил. Естественно, она должна была быть смелее, она не должна была молчать, когда его выгоняли из дома, когда отец кричал ему, что он будет «гореть в аду вместе с остальными парижскими педиками» - но она приехала к нему. Она хотела его увидеть. Она даже дала ему денег – Даниэль в них не нуждался, но она настояла. Да и не мог же он рассказать матери, что связался с криминалом и штампует фальшивых «Рембрандтов» за такие суммы, каких она, учительница из французской колонии, не увидит за всю свою жизнь?
Даниэль тряхнул головой, отгоняя непрошенные воспоминания, и уставился на ребёнка, который, кажется, и не думал переставать плакать.

Отредактировано Даниэль Эскоффье (05.09.2014 01:40:02)

+1

5

Шелли настороженно посмотрела на незнакомца. Да, помощь ей сейчас была как нельзя кстати, но можно ли было доверить ему ребёнка? Блекфайер несколько раз перевела взгляд с корзины с плачущим младенцем на мужчину и обратно. Едва ли он внушал доверие. Даже не мужчина, а ещё юноша. Одни волосы чего стоили! Вот только когда это она никогда стала ханжой: мало ли какие вкусы бывают у людей? Все же семейная жизнь определенно портит. Или это тот самый инстинкт, что заставляет щенных сучек становиться параноидально подозрительными и готовыми задрать любого, что протянет руку к малышу. Разбираться в причинах собственного недоверия лиса сейчас не собиралась. Оба варианта ей все равно не нравились. Не похожи они были на ту Блекфайер, что знали в городе. Не стала бы Шелли несколько год назад тянуть тяжесть сама, пусть даже на ее стороне и была звериная сила, да и тяжесть любимая и только за счет этого, кажется, легче. Пару месяцев назад она была практична до чертиков, пора приходить в норму.
Лисица коснулась сына, и его голосок стал на тон ниже, хотя плач ещё и продолжался. Честер был требовательный парнишка и ненавидел всякие люльки-корзинки, желая постоянно чувствовать живое тепло рук. Вот и сейчас проснулся и оказался возмущен заточение. Как посмели, почему не на руках он?
Ступенька. Блекфайер оказалась на самом верху эскалатора, сделала большой шаг вперёд, звонко процокав по плитке каблучками, отошла чуть вперед и решительно протянула корзину с ребёнком красноволосому. Она будет рядом и ничего не случится. А помощь ей и правда нужна, так стоит ли отказываться? Да и в мозгах пора наводить порядок, она ведь именно за этим тут.
- Не рано в торговый центр? - сейчас еще работал только супермаркет на первом этаже, да вот включили эскалаторы для персонала. – Или здесь работаете? - Шелли попыталась дружелюбно улыбнуться, но, наверное, не получилось, она то и дело настороженно поглядывала на сына. Незнакомец ещё и слова не сказал, но лисица была уверена, что он даст положительный ответ, так, что вопросы не прекращались: - Давно? А кем? – Люди почему-то любят говорить о себе, и личные вопросы настраивают если не на откровенность, то на дружелюбие. Тут главное не переборщить.
- А знаете, с момента моего последнего визита здесь всё изменилось. Администрация у вас на этом же этаже? Мне надо найти один кабинет... - задумчиво протянула Шелли и уже более уверенно, даже не в вопросительной форме, а утвердительно, с ноткой приказа в голосе, воскликнула: - Вы мне поможете!
Шелли обернулась и посмотрела на красноволосого. И почему это так сложно, поймать приказной тон в новой обстановке? Определенно, она одичала за пол года, что за спиной у Бреса просидела.

+1


Вы здесь » Изумрудные острова » Прошлое/будущее » Труд облагораживает человека.